MonParis2025

Он никого не убил и не ограбил, ничего не похитил и даже никого не оскорбил. И, тем не менее, суд назначил ему наказание в 13 лет лишения свободы, чуть меньшее максимально возможного срока в СССР.

А все потому, что невероятно умный и талантливый молодой человек сдавал вступительные экзамены и становился студентом самых престижных советских вузов. Правда, делал он это за других людей.

И за очень большие деньги…
Выросший в Ереване отличник Яков Ключников, в 1970 году окончил русскую среднюю школу-десятилетку с золотой медалью, что открывало ему путь в лучшие университеты страны.

А вот друзей Яков не приобрел, ни в школе, ни во дворе. Для остальных мальчишек он был типичным «ботаником», да к тому же нелюдимым. А педагоги даже не подозревали, что умный и усердный тихоня Яша Ключников, оказался настоящим гением в зарабатывании денег. Правда, не совсем честным трудом.

В старших классах он писал курсовые и рефераты для знакомых-студентов. Такса была мизерной – в лучшем случае «трешка», но для школьника неплохой приработок. Вот только нерегулярный — мало у Якова было знакомых.
Ситуация изменилась в 1969 году. Этажом ниже семьи Ключниковых в ереванском доме жила грузинская семья Рухадзе. Отец – крупный производственник, а вот его старший сын Василий оказался балбесом – не хотел учиться и работать. А папа мечтал, что отпрыск окончит МГУ. Ну, или хотя бы просто будет учиться в Москве.

И тогда соседи обратились к Якову Ключникову, только, что окончившему 9 классов. К сожалению, не сохранилось фотографии героя всей этой истории, но судя по всему, молодой человек чем-то смахивал на кавказца, раз он поехал сдавать экзамены в столицу с документами на имя Василия Рухадзе.

Яков, изображая грузина из Еревана, на отлично сдал вступительные экзамены во Всесоюзный заочный политехнический институт. Настоящий Василий Рухадзе стал студентом, а ереванский школьник вернулся домой.

Обрадованный Рухадзе-старший выдал Якову гонорар в немыслимые 300 рублей (средняя зарплата в СССР в 1970 году – 116 руб.) и организовал ему каникулы на Черное море в родную Грузию – отправил пожить у родственников на полном обеспечении.

Именно этот случай и заставил школьника Ключникова задуматься о своем будущем. Посвятить свою жизнь науке или зарабатывать своим умом? И отличник выбрал второе. Получив школьный аттестат, он сразу же отправился в столицу поступать в МГУ. И снова под чужим именем. За очередного «митрофанушку» родители отвалили целых 500 рублей. Яков сдал вступительные экзамены, а сынок крупного торгового работника из Еревана Борис Корецкий стал студентом экономического факультета самого главного вуза страны.

Еще с двух клиентов, Яков запросил уже по 700 рублей. Зато некий Вахтанг Шенгелия поступил во Всесоюзный заочный институт текстильной промышленности, а некий Симон Хизашвили был зачислен во Всесоюзный заочный институт пищевой промышленности. С обоими ребятами, а точнее с их родителями, Яков договорился, когда гостил в Грузии у родственников своего первого клиента – Рухадзе.

В следующем 1971 году он поступил еще в 6 московских вузов, и во все под чужими именами. Но сам Яков Ключников, золотой медалист, так и не стал студентом ни одного института. Так и остался со школьным аттестатом.
Зато жил на широкую ногу. Одевался у фарцовщиков, снимал квартиру в центре Москвы, завтракал ежедневно в самом богемном месте столицы — ресторане гостиницы «Националь» — здесь же принимал клиентов.

Он не только поступал в вузы за чужих парней, но и брал этих неучей на последующее обслуживание – писал за них контрольные, доклады и другие письменные работы. И здесь уже речь шла не о «трешках», за курсовую требовал не меньше 25 рублей.

Одни недоросли приводили к Ключникову других, своих друзей и однокашников. При этом ни вуз, ни специальности не имели значения – ереванский гений разбирался во всех областях. Благодаря сарафанному радио клиентская база выросла до такой степени, что Якову, которому только-только исполнилось 18 лет, понадобились помощники.

Так появилась известная на всю Москву «Контора» (как ее называли в студенческой среде), или, говоря современным юридическим языком – организованная преступная группа, которая «обслуживала» всех, кто не хотел тратить время на учебу и имел возможность платить. В подчинении у вчерашнего школьника оказались инженер Александр Шейнис, студент МГУ Наби Шихвердиев и даже кандидат технических наук, преподаватель Московского института инженеров железнодорожного транспорта Виталий Горбунов. Во время учебного года эта четверка готовила письменные работы, а летом 1971 года они отправились под чужими фамилиями на вступительные экзамены в разные вузы столицы. Горбунов, сам преподаватель, нисколько не смущаясь, трижды дурил своих коллег, изображая абитуриентов из провинции в разных технических вузах. Шейнис и Шихвердиев, каждый, поступили по четыре раза. Ну и сам Ключников, как уже говорилось – установил рекорд. Еще шесть уроженцев солнечной Грузии сумели закрепиться в Москве.

За каждого из этих 17 поступивших, Яков Ключников получил от 500 до 800 рублей. Исполнителям отдавал 150-300, остальное отставлял себе. Предполагалось, что поступившие с помощью обмана студенты и дальше будут платить «Конторе», чтобы успешно закончить обучение.

Обман вскрылся совершенно случайно. Один грузин, абитуриент 1971 года, приехав домой, нисколько не таясь, рассказывал направо и налево, о том, что за него сдавал вступительные экзамены другой человек. И рекомендовал эту схему своим знакомым в Грузии. Раздавал московские контакты Якова Ключникова.

Грузинская милиция получила информацию и передала ее коллегам в МУР. К Ключникову отправили сотрудника под прикрытием. Ударили по рукам, агент отдал 500 рублей, а через несколько дней Якова арестовали в здании Всесоюзного заочного финансово-экономического института, сразу после того, как он по чужим документам сдал первый вступительный экзамен.
На молодого человека, впрочем, ничего не было, кроме данного случая. Да, были известны некоторые фамилии по агентурным донесениям, да, на слуху было слово «Контора», но вряд ли кто из ее «клиентов» даст признательные показания. А Яков Ключников поначалу молчал. Неизвестно, как с ним работали, но через несколько месяцев, в самом конце 1971 года, он написал явку с повинной по всем эпизодам мошенничества с подлогом документов при поступлении в вуз. Доказать в итоге смогли только 21 эпизод, в реальности их было почти 50. Также выдал своих сообщников и назвал более 100 имен и фамилий клиентов «Конторы».

Скандал в Министерстве высшего и среднего специального образования СССР был страшным. Попутно выяснилось, что кроме Ключникова, были и другие умники, поступавшие в вузы по чужим документам. Как оказалось, на местах, их вообще никто никогда не проверял. Некоторые чиновники лишились своих должностей, а Министерство издало приказ, устанавливающий порядок идентификации абитуриентов и исключавший возможность фальсификации с подменой человека. В вузах прошли массовые отчисления.

Резонанс был, такой, что статьи о преступной группе (без указания фамилий и реальных масштабов) опубликовали несколько центральных газет.

Самый умный мошенник Советского Союза – именно так называли Якова Ключникова советские милиционеры – был осужден на 13 лет лишения свободы с конфискацией имущества. Как организатор преступной группы. Его сообщники Шейнис, Шихвердиев и Горбунов отделались сроками от 3 до 5 лет.
Также в приговоре упомянуты и все уже отчисленных студенты (21 человек), за которых сдавали экзамены Ключников сотоварищи. Все они получили наказания, не связанные с лишением свободы.

Как сложилась дальнейшая судьба Якова Ключникова, неизвестно. Но не исключено, что он нашел применение своим знаниям и за колючей проволокой…

Лично для меня уникальная личность Пётр первый столько талантов было в одной личности такой был умничка

Самые загадочные люди в истории, личности которых так и не установили

«Нет документа – нет и человека», - утверждал Воланд в романе Булгакова «Мастер и Маргарита». Но большинство описанных ниже ситуаций имеют документальное подтверждение, а вот кто же был их главными персонажами, - до сих пор тайна. Одна версия причудливее другой, одни факты противоречат другим. А истина где-то рядом, но совершенно неуловима.


Сохранилось несколько старинных манускриптов, в которых описывается таинственная история, произошедшая в XII веке в деревушке Вулпит, что в графстве Суффолк. Однажды жарким августовским днем перед жнецами материализовались мальчик и девочка. Дети были испуганы и выглядели очень странно: очевидцев поразил зеленый цвет их кожи, странная одежда и незнакомый свистящий язык, на котором говорили ребятишки.

Мальчик оказался слабеньким и вскоре умер. А девушку крестили, со временем она посветлела. По одним данным, она осталась в деревне и вышла замуж за местного парня. По другим, ее звали Агнес Барр и ее мужем стал верховный посол Генриха II.

Корыстные родители или злой опекун?
Со временем девочка рассказала местным жителям, как она с братом попала в Вулпит. По ее словам, они жили в месте, над которым не светит солнце, там всегда стелился туман, а люди были зеленого цвета. Другая версия: ребята жили во Франции. Однажды они пасли на лугу овец, когда увидели огненный шар. Мальчика с девочкой затянуло внутрь, а очнулись они уже в Англии на поле. Но это не объясняет зеленый цвет их кожи и странный язык. Исследователи предположили, что детишки сбежали с медных рудников, где их заставляли тяжело трудиться. Медная пыль могла окрасить их кожу, а историю с внеземным происхождением они придумали, чтобы их не отправили обратно.

Другие были уверены в том, что их опекун хотел отравить детей мышьяком. Этот яд окрашивает кожу в зеленоватый оттенок. Но почему тогда неизвестные найденыши не погибли от отравления?

Была версия, что брат с сестрой сбежали из труппы странствующих актеров. Родители каким-то образом изуродовали их кожу и показывали на ярмарках за деньги. А многие фольклористы, хронисты уверены, что «зеленых детей» никогда не было. Это всего лишь красивая и немного жуткая легенда.

26 мая 1828 года в Нюрнберге на рыночной площади обнаружили подростка 15-16 лет. При нем было письмо, адресованное командующему кавалерийским эскадроном фон Вессенигу. Из него следовало, что мать заниматься ребенком не может, отца у него нет, но мальчик хочет стать кавалеристом и служить королю. Когда спросили парнишку, как его зовут, он твердо вывел рукой: «Каспар Хаузер».

Найденыш вызвал небывалый интерес в обществе: он обладал интеллектом трехлетнего ребенка, странно передвигался, боялся звуков, не переносил многие запахи, держал растопыренными пальцы на руках, имел крайне небольшой запас слов, питался преимущественно черным хлебом и водой. О себе Каспар рассказал, что с малых лет жил в тесной каморке, в которой невозможно было толком повернуться и встать в полный рост. Спал он полусидя, а обслуживал его «черный человек». Он кормил его хлебом и водой. Иногда у воды был странный вкус, и ребенок тут же засыпал. Просыпался он уже переодетым в чистую одежду и с постриженными ногтями на руках. Компанию мальчику составляли деревянные игрушки, позже «черный человек» научил его писать.

М.Л.О.
Полиция пыталась установить, кто и по какой причине держал взаперти ребенка, кто его родители. Одни считали его слабоумным, другие всячески опекали. Со временем Каспар сменил несколько домов знати, увлекся живописью, даже научился играть в шахматы. Но разгадать его личность никто не мог. Ходили слухи, что он – сын Стефании де Богарне, великой герцогини Баденской, чей сын умер еще в колыбели при таинственных обстоятельствах, но его могли и подменить.

17 октября 1829 года белым днем на Каспара напал неизвестный с ножом. Юноша бредил несколько дней и кричал: «Черный человек!» К счастью, рана оказалась не смертельной, и он выжил.

Однако 14 декабря 1833 года на юношу снова напали и жестоко его зарезали. Рядом с телом нашли кошелек, а в нем неразборчивую записку, которую можно было прочесть лишь в зеркальном отражении: «Чтобы не утруждать Хаузера, я хочу сам сказать вам, откуда я... я появился с... баварской границы... на реке... я вам даже имя скажу: М. Л. О.».

Вскрытие показало, что мозг Каспера был слишком малого размера, как будто его развитие искусственно остановили на определенном этапе. В 2002 году взяли образцы ДНК с одежды юноши. Результат показал, что вполне возможно, он был сыном Стефании, но не все исследователи принимают это на веру. До сих пор ведутся споры о личности «дитя Европы», как его еще называли. Одни причисляют его даже к пришельцам, а другие видят в нем типичного ребенка-маугли.

Яркие отрывки автобиографии легенды советского спорта.
9 ноября 1921 года родился Виктор Чукарин – легендарный спортсмен, великий гимнаст. Он пережил ужасы немецких концлагерей, чудом спасся с баржи, обложенной минами, а по возвращении домой его не узнала родная мать – так он истощал и изменился. Но он смог восстановить здоровье и стал семикратным олимпийским чемпионом!

Предлагаем прочитать о не самых известных фактах жизни Виктора Чукарина, которые он сам изложил в книге «Путь к вершинам» издательства «Молодая гвардия». Книга была написана в 1955-м, за год до Игр в Мельбурне, на которых 35-летний гимнаст победил всех молодых соперников.

«Сильный хлопец, да дурной»
Увлечение Виктора гимнастикой не нравилось ни его матери, ни её родным. Но парня поддерживали старший брат и младшая сестра. Даже тогда, когда он решил подать документы в Киевский техникум физической культуры.

«Сильный хлопец, да дурной», — то и дело слышал я от соседок… Никогда ещё не уезжал я в такую даль, да и домашних не сразу уговорил.

— Зачем тебе эта гимнастика, — заплакала мать. — Пошёл бы по какой другой должности, хоть по медицинской.

— Что вы, мамаша, если есть у Виктора к этому делу охота, не будем его неволить, — заступился братишка. После смерти отца брат Павел стал у нас в семье за главного.

И Люся, сестрёнка, своё слово вставила:

— Право, мамочка, ты же сама приметила, как переменился наш Виктор, когда за спорт принялся. Раньше, бывало, только и знал, что с такими же, как сам, лоботрясами шататься, а теперь для всего время находится: и в зачётке у него порядок, и по дому нам помогает, а с гимнастикой, говорят, скоро всех наших городских забьёт.

И только родня мамашина была резко против: «У каждого хлопца дело как дело. Одни на заводе трубы делают. Другие по военной службе идут. Третьи в море подались. А что это за дело – физкультура твоя, подумаешь, нужно учиться три года, чтобы без порток по улицам ходить?»

Не вытерпел я, покраснел до ушей и в сердцах говорю им:

— Моё слово твёрдое! Не баловаться еду, а учиться. И давайте поглядим: вот буду я первым по этому делу, а нет, так пойду разнорабочим на завод». «Мамо! Так то ж я вернулся!»
Виктор Чукарин встретил Великую Отечественную войну 19-летним выпускником техникума. Воевал в артиллерийской части 1044-го стрелкового полка 289-й стрелковой дивизии. Но в бою под Полтавой был ранен и попал в плен.

«Солдат в выцветшей, отслужившей все сроки шинели шёл домой. Он заставлял себя идти спокойно, чтобы так же спокойно переступить порог родного дома. Сколько раз за эти годы он, потерявший право на собственное имя, узник №10 491, представлял себе этот день! Солдат ловит себя на том, что то и дело робко сходит с тротуара на мостовую, поминутно озирается по сторонам. Полно, Виктор, это же не гитлеровский лагерь Везермюнде, и на горизонте раскинулось Азовское море, а не та бухта, где вас, людей многих наций, понукая, грузили на баржу охранники. Ты свободен. Виктор! Баржа не выйдет в море. Ты идёшь домой. Не озирайся по сторонам! Хватит! Лагерь остался позади. Ты же свободен, Чукарин! Не думай больше об этом.
В канун Октябрьской годовщины 1945 года вернулся я в Мариуполь… От нашего дома осталась угрюмо черневшая груда камней. Где же родные? Живы ли? Соседи мне жалостливо говорили, что я дюже плохой стал и, верно, не могу больше свою физкультуру делать, что мать было по своему бабьему делу уже и свечку за упокой души воина Виктора поставила.

Дверь открыла высокая стройная девушка. Люся? Оставил её 12-летней девчонкой со смешными косичками, а теперь, семь лет спустя, увидел девушку с комсомольским значком на ватнике. Где же мама? Мать вернулась уставшая. Вхожу в дом, кланяюсь ей.

— Здравствуйте и вам, молодой человек. Вы, часом, не с Будённовки будете?

— Мамо! Так то ж я вернулся!

Испуганно поворотилась ко мне мать, недоверчиво качнула головой. Не признала! Подошла вплотную и, неожиданно наклонив мне голову, провела по ней вздрагивающей рукой.

— Он! Сыночек! — вырвалось у неё вместе со слезами.

А я и забыл об этом. О следе, который остался с той поры, когда я мальчишкой сорвался со скирды. Об этом рубце. Да разве забудет такое мать!»
«А как же Олимпиада?»
Виктор Чукарин долго восстанавливался после концлагерей. Недюжинная сила воли и встреча с тренером Петром Собенко помогли ему стать лучшим гимнастом СССР.

«В конце 1951 года узнаём: спортивная делегация Советского Союза впервые будет участвовать в Олимпийских играх. В дневнике, который ведёт тренер, помечено: «11 января 1952 года. Зарядка длилась 7 минут 48 секунд. Упражнений — 28. Движений — 167».

В обычной последовательности перехожу от снаряда к снаряду. Вместе со мной занимается сегодня один из участников сборной команды страны, Дмитрий Леонкин. Последний снаряд – кольца. Сегодня я почему-то устал и не сразу встаю со скамейки — тянет посидеть, отдохнуть. Но у меня перед глазами стоит тот листок календаря, на котором помечено: «1952. Июль, 19». День открытия XV Олимпийских игр, куда я, как и любой из наших спортсменов, мечтаю попасть.

И вместо того, чтобы потихоньку, одна за другой проработать те группы мышц, на которые ложится основная нагрузка, я принимаю вызов Леонкина:

— А ну, кто дольше «крест» будет держать?

— Идёт!

Опускаюсь в «крест». Одна, две… пять… семь секунд — и тут в тишине молчащего зала отчётливо слышу звук, словно разрывают штуку холста: т-р-р… Это у меня!

— Быстро под кран, — кричит Собенко, который побледнел больше, чем пострадавший. Целых полчаса держу руку под холодной струей.

— Ну как?

— Вроде не болит. Отпустило.

— Тогда до дому, отдыхать.

Но к вечеру тянущая боль не оставляет меня ни на минуту. Больно натянуть пиджак, не могу посадить на колени дочурку. И докучливая, неотвязная мысль: «А как же Олимпиада?»

Заключение травматолога:

— Надрыв сухожилия двуглавой мышцы. В том месте, где она прикрепляется головкой к кости. Связки у вас, Чукарин, эластичные, исключительно сильные. Представляю себе, какое усилие понадобилось, чтобы нарушить их целостность».

Через полгода, в июле 1952-го в Хельсинки Виктор Чукарин стал четырёхкратным олимпийским чемпионом. В 31 год. Сумев выжить в 17 концлагерях. После тяжёлых травм и болезней.

Четыре года спустя, уже в 35 лет он добавил к своей коллекции олимпийских наград ещё три золота Мельбурна. В том числе и за победу в абсолютном первенстве в тяжелейшей борьбе с японцем Такаси Оно, который сказал затем, что «Чукарина победить невозможно».

Из спорта Виктор Чукарин ушёл непобеждённым.